?

Log in

No account? Create an account
годунов godunov

godunov_ballet


Alexander Godunov & the other ballet stars.


Entries by category: история

Балет и юмор
tanaquil le clerq
tanaquileclerq


Лихие 90-ые. Какой год? ВВВ был главным в балете БТ.

Ушедшая в вечность...
tanaquil le clerq
tanaquileclerq


Родилась 21 декабря 1920 года, умерла сегодня...
Одна из последних звезд того балета, которого уже не будет.

"Якобсон считался еще хуже нас."
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
"Нас с Василёвым упрекали еще при советской власти за эротику, в «Сотворении мира» например… Нас тогда заставили на Мишу Барышникова и Иру Колпакову, то есть на Адама и Еву, надеть костюмчики.
— А они в чем были? В трико телесного цвета, изображающем наготу?
— Естественно! Трико такое с ромашечками… Пришлось надевать… Есть даже такая фотография, где они в тряпочках этих. Там много было дурацких замечаний. Один из эротических моментов нам предъявляли такой: «Уберите тридцатиградусный секс у маленьких ангелов»… Маленькие ангелы сидят во второй позиции и потом нагибаются и встают на локти — и вот тут, очевидно, тридцать градусов и возникает. Еще сказали: «Грим Бога похож на Ленина, пятна на солнце похожи на сионистскую звезду»… В общем, чушь абсолютная… Но мы это тем не менее пытались исправить: грим поправили, покрасили плащ Чертовки, потому что он был в красных яблоках и, как нам сказали, похож на красное знамя.

— В этом балете вы работали с Юрием Соловьевым, который считается одним из самых великих танцовщиков XX века. Расскажите, пожалуйста, о нем…
— Это было удивительно! Мы его знали, конечно, до этого. Сразу его назначили на роль Создателя. Вообще мы боялись. Как мы говорили между собой: нам надо войти в клетку Мариинского к великим артистам. Нам же после «Весны священной» на 6 лет запретили вообще ставить что-либо и что-либо показывать. Репетиция почему-то была на улице Росси, в училище. И первым, к кому мы попали, был Соловьев. И мы ему сразу стали показывать «Гнев Бога», сцену в последнем акте. Он так репетировал, что-то невероятное! Повторить это никогда и никто так и не смог. Так же как и Мишу Барышникова. Как-то мы были в гостях у Татьяны Михайловны Вечесловой… Просто помню: я сидела в таком огромном старинном кресле, и Юра сел возле меня на пол. Он обнял мои колени и сказал: «Вы мне продлили жизнь!». Что с ним дальше произошло, я не понимаю. И Таня (Татьяна Легат — жена Юрия Соловьева. — П.Я.) не понимает, почему так случилось…
— Вы о самоубийстве Соловьева в 1977 году? Некоторые говорят, что это был отзвук от побега Нуреева в 1961-м, что Соловьев мучился, что его будто бы заставили доносить…
— Разные версии были. Потому что на даче, где это случилось, ведь был перец насыпан… Было подозрение, что он это сделал не сам… Перец могли и специально насыпать, чтоб собаки след не взяли. Полная загадка! И кому это понадобилось, я тоже не понимаю. То, что у него были какие-то мысли нехорошие, я поняла еще из нашего последнего разговора: «Вы мне жизнь продлили». Он был гением!"


https://www.mk.ru/culture/2018/12/21/baletnaya-aristokratka-kasatkina-ot-nas-trebovali-ubrat-tridcatigradusnyy-seks.html

Григ о АГ. 1976-77.
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
"Мне кажется, у А. Годунова не было и нет оснований жаловаться на творческий простой. Он танцевал очень много, в разных балетах, с разными балетмейстерами и сегодня стал одним из самых репертуарных, если не самым репертуарным солистом нашей труппы. Он танцует ЛО и Шопениану, Жизель и Дон Кихота, Кармен-сюиту, Гибель розы, Весну священную, Спартака и Ивана Грозного, на его счету три очень разные премьеры - Анна Каренина, Озаренность и Любовью за любовь, а впереди - работа над Спящей красавицей.
Артист широкой творческой амплитуды, А. Годунов в каждом из названных мною спектаклей подтверждал, что обладает редкими природными данными и хорошей школой, показал творческую пытливость, желание и умение работать серьезно, стремясь осваивать не только танцевальный текст и пластику, но и драматургию образа.
После ЛО я долго не встречался с А. Годуновым в репетиционном зале, мы встретились уже в работе над Иваном Грозным, да и то, обстоятельства сложились так, что выступал артист без меня, а я его увидел в спектакле уже в этом сезоне. А. Годунов обладает исключительными данными для исполнения роли Ивана. Он создает образ сложный, разноликий, не однозначный по внутренней линии, лиричный в сценах с Анастасией, смелый в бою, мстительный с заговорщиками-боярами - таков А. Годунов в этом спектакле. Великолепный танец, четко вылепленные скульптурные позы, насыщенная драматическая линия поведения. Причем эта драматическая насыщенность рождается из смысловой и эмоциональной наполненности всей пластики и танца.
Сегодня АГ находится в расцвете творческих сил. Он стал большим и интересным мастером, занимающим свое прочное положение в труппе. С ним с удовольствием танцуют наши балерины, что свидетельствует о его высоких партнерских качествах. Участие АГ украшает любой спектакль репертуара БТ, наконец, у него есть свой зритель, который ходит именно на его спектакли. АГ молод - скоро ему исполнится 28 лет, он за РСФСР, лауреат 2ММКАБ, обладатель премии ВН 1976 года. Мы вправе ждать от него и ждем новых интересных работ, в которых он своим участием доставит радость и работающим с ним балетмейстерам и зрителям."

Ю. Григорович, на СССР, лауреат ЛП,
из статьи в газете БТ "Советский артист".

Там еще возможности АГ перечисляются: от Зигфрида и Альберта до Спартака, Базиля и Красса. Не встречался в работе с АГ со времен ЛО, те с 1971 года! В 1976 - дебют АГ в Грозном, впереди СК (Дезире), но дебют так и не состоялся. В 1979 - Тибальт и...

40 лет прошло с того дня...
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
... как погиб прекрасный русский танцовщик Юрий Соловьев, обладатель непревзойденного прыжка, безусильной балетной техники, знаток изысканнейшего стиля, носитель редчайшего лирического начала на сцене, "my beloved nightingale", как назвал его АГ в письме вдове Соловьева Татьяне Легат.



Очередная "желтая" версия гибели Соловьева принадлежит балерине тогда Кировского (ныне Мариинского) театра В. Ганибаловой:

"Думаю, он был замешан в деле с нашим «Интуристом», с валютными махинациями, которое поднимали тогда.  В этом деле был замешан  директор Кировского театра Пётр Иванович Рачинский. И Соловьев мог оказаться свидетелем, он запросто мог, выезжая на гастроли, перевезти пакетик, о котором его попросили. Конечно, он и знать не знал, что могло быть в этом пакетике. Я думаю, он мог провозить валюту, и его убили. Подозрительной была и опека Ириной Александровной Колпаковой жены Соловьева, чтобы она ничего не рассказала, да и сама инсценировка самоубийства вызывала подозрения."

http://zavtra.ru/blogs/estrella-della-niza-

Мда... версия - отпад. И что за Интурист - гостиница? Н.а. СССР - валютчик?
Впрочем, об уголовщине в театре писала не только "желтая" пресса. В своей книге Олег Виноградов обвинял Гергиева в попытке его, Виноградова, убийства...
Ну, а о недавних событиях в БТ, я думаю, все помнят.

Валерий Панов рассказывает о Юрии Соловьеве, начиная с 18:59:



Печальный юбилей - завтра, 12 января 1977 года.
Обратите внимание, как русский танцовщик выглядит в 35 лет (7-го вальс Шопена с Колпаковой был станцован на праздновании 200-летия БТ в 1976 году). Я б ему лет 50 дала...

... продолжение следует...

Канал Культура вcё путает...
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
Кармен-сюиту прекрасную с Годуновым 75-76 гг они выставили, а пишут, что это 78 г., Альдохинская. Анна Каренина - написали - фильм-балет Пилихиной, а это вовсе поздняя запись с одесским Петуховым в роли Вронского...
Зато... тадам! - Собор Парижской Богоматери Пети 1978 г., якобы во французском исполнении, оказался редчайшей, одной из немногих записей уникальной Галины Мезенцевой (вкупе с замечательными Николаем Ковмиром, Константином Заклинским и Юрием Гумбой)! Enjoy!

http://www.culture.ru/movies/1933/sobor-parizhskoy-bogomateri

Дар перевоплощения, особенная наэлектризованность, магнетизм личности на сцене, присущие Мезенцевой, присутствуют в роли Эсмеральды во всей красе. Сам балет, слишком умственный, далекий от наивного оригинала Гюго (ИМХО) в ее исполнении становится осмысленным и не скучным. А невероятная врожденная скоординированность даже породила во мне чувство, что и я так смогу!
Многочисленные природные дефекты Мезенцевой как всегда, в ее лучших, дотравматических, выступлениях, не замечаешь.

Мне довелось видеть балерину на сцене в 1977 году, на московском конкурсе - белое адажио из Лебединого поразило неправдоподобным, до заунывности (в Москве так не танцуют, да и нигде) потоком хореографического сознания, - каждое движение перетекало в последущее, боролось с ним. Видевшие в 1969 году, на 1-м конкурсе, выступление Евы Евдокимовой в пдд из Жизели, описывали нечто подобное. Ни та, ни другая балерины не получили главных призов (ЕЕ - и вовсе диплом за участие в третьем туре достался). Ну не принято так танцевать на конкурсах - требуется более внятная, раздельная, ученическая артикуляция. Ну и места, говорят, распределялись заранее...

Виолетта: история глазами Валерия Сойфера
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
Мы близко сошлись в эти годы с Виолеттой Бовт, выдающейся балериной, жившей и работавшей много лет в СССР в труппе Московского музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко, а с 1987 года поселившейся в Коламбусе.

В Москве Виолетта Бовт, удостоенная высшего звания Народной артистки СССР, танцевала, ставила спектакли, успешно гастролировала и стала любимицей во многих странах, особенно в Японии (правда, в родную Америку, где она родилась, ей съездить ни разу не дали), была кумиром московской молодежи. Моя Нина в свою бытность студенткой 1-го медицинского института бегала на спектакли с участием Бовт и, когда мы впервые услышали от Левенстайнов, что Виолетта Бовт теперь живет в Коламбусе и хотела бы с нами познакомиться, вскрикнула: “Как она здесь очутилась?”

Виолетта сама рассказала нам, как ее унизили в СССР и как буквально вытолкнули из страны. Ее отец и мать родились до революции в России (отец был украинцем, исходно фамилия звучала Бовтун), потом оказались в Америке (отец вскоре после беспорядков 1905 года, мать позже). Отец был эсером, верил в очищающее для общества значение революции, но революции не дождался, а за революционную деятельность был арестован и бежал из тюрьмы в Америку. Когда в 1917-м революция в России все-таки свершилась, он вернулся назад и оказался во Владивостоке. Но вскоре началась междоусобица, он возглавил на стороне большевиков борьбу с объединенными силами японцев и Белой армии, став красным комиссаром города. Кончилось это тем, что большевики были разгромлены, пришлось комиссару выпрыгивать из окна и бежать в Америку снова (по дороге он чуть не погиб, но сумел устроиться угольщиком на корабле и выжил). В Америке оказалась и его будущая жена, дочь раввина, которая бежала от еврейских погромов, организуемых русскими шовинистами и волнами прокатывавшихся по городам России. Встретились и поженились они в Нью-Йорке, потом перебрались в Лос-Анджелес. В Штатах у них родилось четверо дочек (младшей была Виолетта). Отец, будучи первоклассным инженером, хорошо зарабатывал, купил дом, даже автомобиль, что в 20-е годы было роскошью и по американским понятиям. Но тяга к революционной, красивой и яркой активности не оставляла душу отца. Как ни сопротивлялась мать, но в 1927 году они продали всё и с деньгами вернулись в СССР. В 1935 году их заставили отказаться от американского подданства, сдать иностранные паспорта и принять советское гражданство. В 1938 году отца арестовали. До сих пор трудно понять, как этому человеку удалось доказать, что никакой он не американский шпион, а убежденный сторонник большевиков (дети слышали от матери историю, о том, что какой-то из крупных партийцев вспомнил роль отца в борьбе большевиков за овладение Владивостоком и помог спасти его). Так или иначе, в 1940 году его выпустили на свободу. В начале войны с фашистами он добровольцем ушел на фронт, где в 1941 году в битве под Можайском отдал жизнь за Родину.

Родная сестра Виолетты Виктория в 60-х годах сумела уехать в США с мужем, тоже американцем, Джеком Гуральским. Джек приехал в СССР во второй половине 30-х годов (он симпатизировал социализму, к тому же в годы депрессии в конце 20-х годов в Америке жить было не сладко, а, в отличие от отца Виолетты, Джеку пришлось спать под мостами) и прямым ходом отправился в ГУЛАГ. Отсидев полный срок, Джек вышел на свободу только после смерти Сталина и поговаривал, что первым иностранным языком, который он выучил, был русский матерный. Несколько лет он с Викторией добивался разрешения на возвращение на родину, и только в 60-х годах они смогли уехать в Штаты по вызову родной матери Джека, а потом поселились в Коламбусе.

В конце 70-х годов Джек тяжело заболел, сестра позвонила Виолетте и попросила ее срочно прилететь. Выдающаяся советская балерина гастролировала по всему свету и даже не подумала, что просьба о поездке к сестре по такому поводу может вызвать начальственный гнев. Но именно эта нечеловеческая, да еще выраженная в хамской форме реакция была ответом на ее просьбу. Более того, вместе с отказом ей было заявлено, что если она вздумает настаивать на желании навестить сестру, то может потерять работу. И действительно — в ближайшую же гастрольную поездку ее не пустили и дали понять, что у нее теперь один шанс увидеть сестру: покинуть СССР навсегда. По-видимому, кому-то из высоких держиморд хотелось продвинуть на роль примадонны театра свою любимую актрису.

Виолетта подала заявление на эмиграцию, но выпускать ее не торопились. Почти 7 лет она просидела в отказе — в те же годы, что и мы. Но она боялась, что если войдет в контакт с другими отказниками, то срок выезда ей отодвинут еще дальше (все-таки “Народная артистка”). Она затаилась и тихо ждала. Наконец, ей удалось передать в американское посольство свидетельство о рождении, там проверили американские записи о всех родившихся, признали ее американское гражданство и выдали паспорт. С ним, на полных правах американки, она приехала в Коламбус.

Поселившись у сестры, Виолетта попыталась попасть в балетную труппу Коламбуса, но сразу это не удалось. Еще одна балерина, да еще очень застенчивая, была не нужна. Жить без работы тоже было нельзя: только в Штатах Виолетта поняла, как с трудом сводят концы с концами Джек и сестра. Надо было где-то устраиваться на работу. Денежного пособия, какое выдают эмигрантам без гражданства, ей не полагалось, потому что она была полноценной американкой. Сестра, наслушавшись знакомых, решила обратиться за помощью в местный Еврейский Центр, выдававший всем вновь прибывшим евреям небольшое пособие в первые полгода после приезда. Мать сестер была еврейкой, и они решили попытать счастья там. Встретила их в Джуйке (так между собой зовут еврейские центры эмигранты из России) “социальный работник” Сэра, про которую в среде эмигрантов сложилось твердое мнение, что она “трамвайная хамка”. Сестры такого определения, разумеется, не знали.
— Чем занимались в СССР? — спросила Сэра.
— Я балерина, — ответствовала Виолетта.
— Так. Придется специальность сменить. Балерин нам хватает, — безапелляционно заключила “социальный работник”.
На этом вся “забота” окончилась, пособия ей не выделили.

Вскоре новые друзья, с которыми Виолетта познакомилась в Коламбусе и которых я вспоминал выше, Дора и Витя Левенстайны, привели Виолетту к их американской знакомой - Агасте Франк, в прошлом концертировавшей пианистке, игравшей в Коламбусе особую роль. Агаста была заводилой при создании театра в городе, вложила деньги в создание балетной труппы и Академии танца. На приеме для артистов, которые всегда устраивали после каждого представления, Агаста подвела Виолетту к одному из руководителей труппы и посоветовала переговорить с приезжей балериной из СССР.
— Вы танцевали в Большом? — спросил он Виолетту.
— Нет, в театре Станиславского и Немировича-Данченко, — ответила Виолетта.
— О, я однажды видел “Лебединое озеро” в постановке этого театра в Париже. Это было очень хорошо.
Тихим голоском Виолетта проговорила:
— Это я танцевала Одетту и Одиллию в том спектакле.

На этом все представления и переговоры были завершены. Виолетта была принята на работу. Ей повезло в том, что в те годы в городе работал выдающийся американский постановщик танцев и педагог Джон Мак Фолл. За считанные месяцы Виолетта показала всем свои способности, и Мак Фолл сделал ее вторым после себя постановщиком спектаклей, наставником труппы и профессором Академии балета.

Американский балет коренным образом отличается от русского классического балета. Динамичный, порывистый танец, физкультурные и акробатические элементы с непрерывно чередующимися прыжками, пробежками, энергичное размахивание руками во все стороны, резкие наклоны, театральные эффекты, доведенные до гротеска, наиболее характерны, на мой взгляд, для американского балета. Если танцор взаимодействует с танцовщицей, то, как правило, резкие движения превалируют, если же надо передать что-то тонкое во взаимодействии девушки и молодого человека, то это строится так, чтобы была ясна сексуальная, а не платоническая линия танца. При этом в драматургии постановщики стремятся так строить мизансцены, чтобы они достигли одной цели: открытым текстом показали зрителю, о чём идет речь в данную секунду. Тонкий рисунок танца в русском балете, его мягкость и мелодичность, приемы, позволяющие выразить многообразие чувств и действий, умение стоять и двигаться на пуантах, а не танцевать босиком или в спортивных тапочках, отличают русский балет от американского. Певучая синхронность танца у кордебалета, костюмы девушек в пачках, головных нарядах, красиво выполненные костюмы юношей, которые часто сами служат произведениями искусства, присущие русскому классическому балету, просто неизвестны американцам и, может быть, более того — чужды основному стилю американского балета. Большинство американцев любят носить каждый день шорты и майки, щеголяют в них летом, в жару, сохраняют тот же наряд и зимой. Аналогично этому и в балете всякое тяготение к нарядным костюмам считается излишеством. Ведь в формальном, закрывающем тело костюме не видно, как играют мускулы танцора, как лихо сгибаются ноги балерины, так долой все эти лишние аксессуары.

Конечно, сама Виолетта, когда мы не раз на эти темы заводили разговор, всегда со мной не соглашалась, считая, что в американском балете есть такой заряд энергии, такой поток эмоций, такая сила, что русским это просто не под силу. Да и зрительно американский балет производит исключительно сильное впечатление. То, что принесла в российский балет Майя Плисецкая, самобытно, но шло от тех же корней, динамизм ее танца вызвал огромный интерес на Западе, потому что зрители там были приготовлены именно к этим новациям.

Однако настоящей школы балета не было, ляпы на сцене были неизбежным следствием отсутствия этой школы, а сами танцоры быстро выходили из строя.

— Они резко, с вызовом делают фуэте, крутятся как волчки на сцене, вносят элементы акробатики, — и травмируют себя, иногда даже ломают кости, — рассказывала Виолетта. — Все-таки то, что было привнесено в балет столетиями, приемы танца, правила постановки стопы, культура и просто чистота исполнения различных элементов — этому нужно серьезно учить.

Уроки Виолетты оказались столь важными, столь интересными, столь новаторскими, что труппа Мак Фолла в короткий срок преобразилась. Появилась законченность танца у всех танцоров, даже в постановки спектаклей были внесены серьезные изменения. Постепенно стал меняться репертуар: первое отделение оставалось привычно “американским”, во втором отделении стали вводить номера классического балета, поставленные и Виолеттой, и Джоном.

Виолетта работала на износ: классы, классы, классы, тренинг всех — от солистов до второстепенных танцоров, постановка классических танцев из репертуара мирового балета. Всё, что она делала, было на ура воспринято и труппой, и зрителями. Народ повалил в театр еще больше, цены на билеты взметнулись, и всё равно каждый спектакль собирал аншлаг. Виолетта стала знаменитостью в Коламбусе, о ней писали в газетах, у нее брали интервью, ее стали приглашать на мастер-классы в другие города. Труппа Мак Фолла с триумфом выступила на нескольких крупных театральных площадках США, в 1989 году столь же успешно побывала в Египте и на Ближнем Востоке. Любимый ученик Виолетты занял второе место на всеамериканском конкурсе балета.

А сама Виолетта оставалась такой же тихой, скромной, даже незаметной. Ей были совершенно чужды манерность и капризы звезды. Она часто приезжала к нам на квартиру, мы радовались взаимному общению, рассказывали друг другу истории из своих жизней: она из своего, неизвестного нам, театрального мира, мы ей — из столь же далекого от нее научного мира. Перезванивались мы наверное каждый день, помогали друг другу во всем. Ее американское происхождение, хорошее английское произношение помогали ей, но все-таки всю жизнь она жила в мире, где всё было предопределено навсегда (едешь на гастроли — вези консервы и галеты, денег не дадут, в комнате одна жить не будешь, потребности минимальны и т.д.). Теперь же всё надо было уметь делать самой. Мы вместе узнавали многие новые детали американской жизни и щедро делились друг с другом знаниями.

Хоть Коламбус и был провинциальным городом, но культурная жизнь в нем била ключом. Работал оперный театр, в спектаклях которого пели лучшие певцы мира, собираемые со всего света только на эту постановку. Одна, две репетиции — два, три представления, и все разъехались. Через две недели в театре новая премьера. В городе был собственный хороший симфонический оркестр, в университете свой полный по числу исполнителей симфонический оркестр. Представления в клубе университета и в Охайском театре — каждую неделю. Кого только мы ни услышали в Коламбусе: Пинхас Цукерман, Дэниэл Баренбойм, Йо-Йо-Ма, Питер Сёркин, Владимир Фельцман, знаменитые певцы и певицы и многие другие. Вместе с Левенстайнами и Виолеттой мы старались быть на всех концертах, заранее покупали билеты, после концертов часто ехали друг к другу, чтобы вместе сопереживать услышанное и увиденное...

Агасте Франк, которая помогла Виолетте устроиться в балет, было уже за 70, ее покойный муж оставил довольно приличное состояние, Агаста была членом нескольких престижных клубов в Коламбусе и часто приглашала на ужин в эти клубы русских друзей. Эти совместные походы были всегда интересными, можно даже сказать творческими, каждый привносил какую-то свою нотку, и Виолетта была на этих вечерах особенно хороша. Агаста гордилась знакомством с Виолеттой и с удовольствием приглашала к нашему столу тех, кто узнавал ставшую знаменитостью Виолетту и подходил сказать ей несколько слов. Эти комплименты она принимала так мило, так уважительно, что располагала к себе.

Как только мы купили дом в Арлингтоне, Виолетта решила, что она должна непременно поселиться неподалеку и купила дом в том же районе. Теперь вечером мы шли на прогулку с собакой, доходили до ее дома, и, если в окнах горел свет, звонили и вызывали ее пройтись с нами. Встречи стали постоянными, мы жили как близкие родственники.

Когда мы переехали в пригород Вашингтона, первым гостем стала Виолетта. Каждый день мы выбирались в музеи, бродили по Вашингтону, вместе ходили в лес, раскинувшийся в ста метрах от нашего дома, вечерами смотрели фильмы, в которых Виолетта была снята во время ее прошлых, еще советских гастролей.

Я был поражен в тот ее приезд колоссальной дисциплинированностью и тренированностью выдающейся балерины. Мощная утренняя зарядка, дневные упражнения (балетной стенки у нас в доме не было, но Виолетта ловко приспособилась к условиям и организовала себе нужное место, используя перила лестницы на втором этаже дома в качестве станка), строжайший контроль за диетой. Я вспомнил, глядя на то, как ежедневно работает над собой Виолетта, рассказ Доры Левенстайн на эту тему. В те годы Майя Плисецкая и Родион Щедрин посетили Коламбус, они с теплотой встретились с Виолеттой, были на спектаклях, и Дора рассказала, что в один из вечеров Майя Михайловна не без зависти и грусти в голосе проговорила:

— Виолетка — молодец, она держит такую форму, так натренирована, посмотрите, какая у нее прямая спина. А я вот сутулюсь, пороха не хватает.

В один из вечеров в тот приезд Виолетты к нам в Вашингтон мы открыли бутылку шампанского и лихо ее опорожнили, а потом пошли гулять. У всех было прекрасное настроение, вдруг Виолетта раскинула руки и начала импровизированный танец... Она преобразилась в мгновенье ока: что-то бесподобное, легкое, изящное и одухотворенное закружилось перед нами. Она мастерски делала пируэт за пируэтом на асфальтовой дорожке, подпевая сама себе, подпрыгивала и опускалась в самых изящных фигурах танца. Настоящее волшебство творилось пред нашими глазами: как будто фея в лунном свете спустилась с небес и околдовала нас своими движениями...

Это была наша последняя встреча. Мы часто звонили друг другу, по нескольку раз на неделе, но вдруг она исчезла. Дней десять мы не могли дозвониться к ней домой, и нам она звонить перестала. Мы начали ее поиски и узнали, что стряслась беда: у Виолетты обнаружили злокачественную лейкемию. Облучение сменила химиотерапия. Наши телефонные разговоры наполнились новыми чувствами. Понимая тяжесть болезни, мы старались подбодрить её. Понимая нас, она поддакивала, но было ясно, что ни одному нашему слову она не верит. Наконец, она выписалась из больницы, вернулась домой. Вела она себя так же мужественно, как жила всю жизнь. Каждое утро уезжала в Академию, днем вела классы с артистами балета. Мак Фолл был требовательным и трогательно заботливым. Вместе с женой они выполняли роль ангелов-хранителей Виолетты. Потом Мак Фолл уехал во Флориду, приняв новую балетную труппу. Он продолжал помогать Виолетте на расстоянии, оплатил некоторые особенно дорогие счета от врачей. Лекарства перестали помогать, болезнь быстро прогрессировала, мучения стали нечеловеческими, и она ушла из жизни, оставив по себе боль в сердце и одновременно теплые воспоминания о нашей дружбе и о многих пережитых вместе радостях.

Согласно ее завещанию, после кремации прах великой балерины был отвезен во Флориду, и Мак Фолл развеял его над водами Атлантического океана. В течение года все спектакли Охайской балетной труппы были посвящены Виолетте, ее портретом открывалась программа каждого представления. Тогда же была учреждена ежегодная крупная денежная премия имени Виолетты Бовт для лучшего артиста сезона, и вот уже четыре года подряд в конце сезона, в июне, премию вручают лучшей балерине или лучшему солисту балета в Коламбусе.


Валерий Сойфер — родился в 1936 году в Горьком. Окончил Московскую сельскохозяйственную Академию им. К.А. Тимирязева и 4 курса физического факультета МГУ. Работал в Институте атомной энергии им. Курчатова, Институте обшей генетики АН СССР, создал в Москве Всесоюзный НИИ прикладной молекулярной биологии и генетики, основные работы посвящены изучению действия радиации и химических веществ на генные структуры, открытию репарации ЛНК у растений, физико-химической структуре нуклеиновых кислот. Доктор физико-математических наук, профессор и директор лаборатории молекулярной генетики Университета им. Джорджа Мейсона (США), иностранный член Национальной Академии наук Украины, академик Российской Академии естественных наук и ряда других академий, почетный профессор Иерусалимского и Казанского университетов, награжден Международной медалью Грегора Менделя за “выдающиеся открытия в биологии”. Автор более двадцати книг, в том числе “Арифметика наследственности” (Москва, Детгиз, 1969), “Молекулярные механизмы мутагенеза” (Москва, “Наука”, 1969; переведена на немецкий и английский языки), “Власть и наука. История разгрома генетики в СССР” (“Эрмитаж”, Тенафлай: США, 1989 и изд-во “Радуга”, Москва, 1993) и др., изданных в России, США, Германии, Франции, Англии, Эстонии, Вьетнаме, Румынии.

Континент, № 104, 2000

http://magazines.russ.ru/continent/2000/104/so9.html

Моя Кармен!
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
Я говорила, я верила! Нашлась та самая запись, нашлась на канале Культура.
Та, где я первый раз увидела Годунова и была потрясена навсегда. Запись, разительно отличающаяся от сухой растиражированной записи 1978 года. В этом варианте всего две (!) табачницы. Хозе в зеленом камзольчике, есть множество потрясающих крупных планов Годунова! Живость, кокетство ММ. Яркие цвета, объемность и контраст пленки. Продолжительность на 5 минут больше.

http://www.culture.ru/movies/948

Год шел 1976, юбилейный для БТ...
Дай бог, найдутся записи и других спектаклей с участием АГ!

Любовью за любовь
tanaquil le clerq
tanaquileclerq
Как рассказывал на израильском ТВ, в программе у Пташки и Губермана бывший оркестрант БТ, балет предполагалось выпустить под оригинальным, Шекспировским названием - Много шуму из-за ничего - уже и афишу готовили... Потом глянули: народный артист СССР, лауреат Ленинской премии Тихон Хренников - Много шуму из-за ничего - и сменили название...






The Old Great Style
tanaquil le clerq
tanaquileclerq




Вероятно, 1978 год, Алонсо здесь тогда 58...
Магия движений. Как у Шовире, Шелест, Плисецкой, Бессмертновой.